Марат сафин: жизнь после спорта

Когда он выходил на корт, мы не знали, чем закончится матч, но были уверены — оторваться будет невозможно.

Когда в прошлом году он навсегда ушел с корта, мы тем более не знали, что будет дальше. Спустя 9 месяцев после окончания карьеры самого яркого теннисиста в российской истории мы встретились с Маратом Сафиным, чтобы выяснить: каково это — начинать жизнь заново, когда тебе 30 и самые главные победы, казалось бы, позади.

Марат сафин: жизнь после спорта

Дата рождения: 27 января 1980 года.

Рост: 193 см.

Вес: 89 кг.

Карьера: 1996-2009.

Титулы за карьеру: 15 одиночных, 2 парных.

Призовые за карьеру: $14 373 291.

Главные победы: 2 турнира «Большого шлема» (Открытый чемпионат США-2000, Открытый чемпионат Австралии-2005), 2 Кубка Дэвиса. В 2000 и 2001 годах Марат занимал первую строчку рейтинга теннисистов-профессионалов.

Семья: Мать Марата, Рауза Исланова, была одной из лучших советских теннисисток, а по завершении карьеры стала тренером. Отец, Михаил Сафин, работал в теннисном клубе. Сестра Динара — серебряный призер Олимпиады в Пекине и вторая российская теннисистка в истории, ставшая первой ракеткой мира.

Марат и Динара — единственные брат и сестра, которым удавалось стать лучшими теннисистами мира. На данный момент Динаре 24 года и в ее активе $9 901 568 призовых.

Спортсмены — уникальные люди. Если в большинстве профессий в 20 — ты никто, а в 40 — уважаемая личность, то у них часто бывает наоборот.

Марат Сафин за время своей карьеры несколько раз был готов повесить ракетку на гвоздь, и каждый раз причины были разные: недальновидность тренеров, нехватка денег, боязнь поражений, звездная болезнь и, наконец, травмы. Это не только история одного человека, но и рассказ о том, что вообще происходит со спортсменами на протяжении их карьеры.

Будь воля самого Марата, тенниса в его жизни вообще не было бы. Парень с детства мечтал о футболе и даже учился в детской школе «Спартака». «Я ходил туда месяца полтора, пока шел отбор, но меня не взяли. Вот и пришлось заняться теннисом. Только лет через пять я понял, что меня подставили — мама договорилась, чтобы меня забраковали. Она молодец, правильное решение приняла, в футболе у меня было меньше шансов».

Марат сафин: жизнь после спорта

Будь воля самого Марата, тенниса в его жизни вообще не было бы

Правда, вскоре Марата «забраковали» и в теннисе: тренеры знаменитой американской Академии Ника Боллетьери не разглядели в Сафине будущую звезду. «Когда я приехал на просмотр, там уже были Курникова, Сампрас, Курье, Агасси, Риос, Макс Мирный. Через полтора месяца мне сказали, что я не подхожу, и отправили обратно в Россию».

Впрочем, иностранное образование Марат все же получил.

«В 1994 году у нас тут ничего хорошего не было: ни кортов, ни ракеток, ни мячей. Не было и денег у моих родителей, чтобы отправить меня учиться, но отцу помогли — нашли одного швейцарца, которого я так ни разу в жизни и не видел. Этот человек, которому я очень благодарен, решил помочь мальчику из России — дать денег на тренировки. Думаю, это большой подвиг — просто поддержать незнакомого тебе человека. Так, в 1994 году я попал в Испанию, в Академию Панчо Альварина в Валенсии.

Я жил в семье, где мне снимали комнату, и с утра до вечера тренировался. Первые полгода просто с ума сходил: в 14 лет я оказался в чужой стране, в семье, где все говорят на испанском, а я — только на ломаном английском и русском. Я просто ничего не понимал, но в детстве быстро учишься. Общаясь и смотря телевизор, я запоминал слова.

Еще легче стало, когда появились друзья. Правда, приходилось копить деньги, чтобы на выходных куда-то сходить и не чувствовать себя совсем бедным, — в месяц мне давали $60. Сейчас кому назовешь эту сумму — посмеются».

В биографии Сафина этим годом датирован первый выигранный турнир, но всего за несколько месяцев до того, как поднять над головой кубок, Марат был уверен — с теннисом в его жизни покончено: после трех лет обучения в теннисной академии в то, что парень заиграет по-серьезному, верить перестали.

Марат сафин: жизнь после спорта

«В 1997 году спонсор сказал, что раз прогресса нет, то он прекращает финансирование». Это значило, надо ехать домой. И Марат вернулся — с туманным представлением о том, что делать дальше, и довольно четким пониманием, что профессиональный теннисист из него не вышел.

«Я собирался попробовать поступить в колледж в Америке, получив как спортсмен «сколаршип» — грант на обучение. Но я очень боялся ехать в никуда. И тут мне повезло — позвонили из компании IMG (одна из крупнейших агентских компаний в мире спорта. — MH) и сказали, что могут дать мне «уайлд-кард» (возможность принять участие в турнире спортсмену практически без рейтинга. — MH) на юниорском «Ролан Гарросе». Отказываться от такого шанса было нельзя, хоть я уже два месяца и не тренировался».

Получив от мамы $500, Марат поехал наудачу, но чуда не произошло и в первом же раунде он вылетел. Очков не набрал, но убедил агентов IMG не сразу ставить на нем крест. «Я ходил и тупо попрошайничал. В итоге мне дали где-то $7500 — хорошие деньги, чтобы поехать еще на несколько турниров». Вопрос только в том — куда ехать.

Теннисных турниров в мире множество, и без тренера и опыта сложно решить, где играть, а где нет. Тем более когда ты занимаешь место в середине пятой сотни рейтинга и особо никого не интересуешь. Марату снова повезло.

«Я поехал в Голландию на сателлиты — это 4 турнира, по итогам которых можно сыграть еще и Мастерс и получить очки. Там меня подхватили более опытные теннисисты — ребята из Франции и Аргентины. Видят: молодой парень, без тренера, вот и решили поддержать. Они расписали мне план на ближайшее время — где и когда лучше играть. И я четко по этому плану дальше и ездил.

Мужской теннис — это большая семья. Из-за того что пробиться наверх очень сложно, проще выжить, если держаться в кучке. Чем больше знакомых, тем легче — если у кого-то есть квартира в городе, где проходит турнир, можно сэкономить на гостинице. У кого-то спишь на раскладушке, у кого-то — и на полу. Вот у женщин такого нет — там отношения другие.

Через месяц у меня начали появляться результаты, я стал потихоньку зарабатывать: две тысячи здесь, полторы — там. Везло много раз! Вроде бы играешь плохо, а потом раз — случайно победил. Так и с первым выигранным турниром (серия «Челленджерс», Португалия, 27 марта 1997 года. — MH) вышло. Началось с того, что меня не сажали на самолет, пришлось бежать к менеджеру, умолять, что это мой последний шанс. В итоге меня посадили на места для стюардов. На турнир я прилетел в 5 утра, а первый матч — в 10, но я его чудом выиграл, и дальше пошло до финала.

С одной стороны — это везение. С другой — к тому, чтобы воспользоваться удачей, нужно быть готовым, так вот — я всегда был готов. Многие просто не видят своего везения. Как в том анекдоте — ну ты хоть лотерейный билет-то купи. Нужно быть цепким, нужен характер — и все придет.

Когда я занимал денег на «Ролан Гарросе», я был 450-м, а закончил год 200-м с $10 000 — $15 000, чтобы начать следующий год и нанять себе тренера. Даже остались деньги купить старенький, битый в дверь VW Golf без кондиционера за полторы штуки и снять квартиру в Валенсии за $500 — оттуда удобнее летать по турнирам, чем из Москвы».

Еще Винни-Пух говорил, что «так сразу никто не уходит», но Сафин в 20 лет, выиграв Открытый чемпионат США и став самым молодым в истории теннисистом, возглавившим рейтинг Ассоциации теннисистов-профессионалов, решил, что это лучшее время выйти на пенсию. В то время в интервью он рассуждал о том, что хочет уйти на пике славы и открыть автосервис и магазин оргтехники.

Марат сафин: жизнь после спорта

«Понимаешь, я к тому времени уже 6 лет жил один, — объясняет Марат. — И так получилось, что в тот момент у меня не было рядом очень близких людей. Мне не с кем было поговорить, посоветоваться. Та победа на US Open мне казалась чем-то вроде последнего уровня в компьютерной игре — я прошел его, но что дальше?

Я же никогда не ставил себе цели стать первым. Это для меня было как улететь на Луну. Когда это случилось, мне нужен был новый толчок, потому что одно дело — добиться чего-то, а другое — удержаться наверху. Второе сложнее, потому что, когда тебе нечего терять, ты просто идешь к цели, а когда есть — начинаешь бздеть.

Слава богу, тогда все же нашлись люди, которые очень ненавязчиво подтолкнули меня к правильному решению. Считай, мне опять повезло. Потому что сделать ошибку очень просто, и вскоре ты будешь уже незнамо где сидеть опухший».

За успехом пришел закономерный спад: 2001 год Сафин заканчивал 11-м, выиграв лишь два небольших турнира. Зато в остальном, что называется, жизнь удалась: дом в Испании, 5 машин, включая Ferrari, Mercedes и Audi, квартиры. Живи и радуйся, черт с ним, с рейтингом! Но Сафин все продает и уезжает из Испании.

«От всего этого было больше головной боли. Все эти машины — это абсолютно не нужно. Я сейчас езжу — у меня старый Mercedes и старый Cayenne. Иногда даже гаишники спрашивают: «А чего ты ездишь на такой старой машине?» А мне не надо — у меня уже все было. Наверное, все должны переболеть всем этим. Деньгами нужно пользоваться, но они ни в коем случае не должны становиться смыслом жизни. Жалко, у нас в стране многие этого так и не поняли и живут только ради денег».

В следующем году у Марата угнали BMW, потом по очереди два джипа и обчистили квартиру, но он так же философски рассуждал об этом и знай себе выигрывал на корте, остановившись в одном шаге от вершины — на второй строчке рейтинга.

За плечами Марата 15 титулов, 10 финалов и миллионы призовых — это итог 9 сезонов «взрослой» карьеры. Другой результат 9 лет профессионального тенниса — в его медицинской карте. Каждый сезон — это 11 месяцев непрерывных перелетов, тренировок и матчи по 4-5 часов под палящим солнцем. Марату становится все труднее, нет, не играть — ходить, и снова встал вопрос о завершении карьеры.

Марат сафин: жизнь после спорта

«У меня была проблема — я выиграл Открытый чемпионат Австралии и через месяц у меня колено начало болеть. Думал: потерплю — пройдет, но с каждым разом становилось все хуже. Через 3 месяца перед каждым матчем мне надо было принять 1600 мг обезболивающего, этого хватало на 1 сет, после чего я пил еще 400 мг. Мне обкалывали все колено, чтобы я его не чувствовал, но сколько можно жить в таком режиме? 2000-3000 мг обезболивающего в день, так недолго и организм посадить. Бегать я не мог, машину водить не мог, спать на животе не мог.

На осмотре в Италии мне сказали, что операция возможна, но гарантий никаких — могу забегать, а могу стать инвалидом. Говорят: попробуй ничего не делать пока, не сможешь играть профессионально через год — по крайней мере, сможешь иногда бегать в футбол с друзьями. Меня такой вариант устраивал.

В итоге я все же вернулся на корт, но прекрасно понимал, что на тот уровень уже никогда не выйду — скорость пропала, сорваться с места, как полагается, не могу, потому что все время думаю про колено. А зачем эти мучения?»

По словам Сафина, в 2006-м завязать со спортом ему помешала простая мысль: «Брошу теннис — и завтра буду никому не нужен». Поэтому он вернулся и, несмотря на травмы, продолжал играть на высоком уровне — так за полгода до ухода «на пенсию» в 2009-м Сафин был 20-м в мире. Но Марат знал: 2009-й будет последним годом его карьеры теннисиста и заранее начал готовиться к этому, в том числе морально.

«Я все больше вникал в организационные вопросы, хотя многое и так знал. Теннис — отличная база для дальнейшей карьеры: ты путешествуешь, изучаешь языки, знакомишься с разными людьми. Открываются новые возможности, главное — поставить цели.

Когда я играл, составлял план выступлений каждую неделю, потому что ты никогда не знаешь наперед, когда для тебя закончится тот или иной турнир. Ставишь цель: выиграть один матч, два матча, собираешь по крупицам очки. Это очень тонкая работа, и такое понимание цели в том числе помогает увидеть, что у тебя в жизни сейчас лишнее, что и кто мешает. Это дисциплинирует, но от этого ритма потом сложно перестроиться — я еще месяца два после окончания карьеры по инерции планировал день так, чтобы лечь до 12 и встать в определенное время. Когда ты в армии пробыл лет 25 (а я в теннисе с 5 лет), потом долго стоишь по стойке смирно. Это знаешь как дрессирует!

Думал: месяц без тренировок — и +10 кг. На деле я просто стал меньше есть, и хотя из тренировок сейчас — только футбол с друзьями, я не только не набрал вес, а, наоборот, потерял 5 кг. Вон — джинсы висят.

Потихоньку начинаешь себя уже иначе видеть — не как спортсмена, который что-то может сделать для себя и своей карьеры, а как того, кто что-то может сделать для спорта. Это то, что мне сейчас действительно интересно, потому что я эту кухню знаю изнутри и вижу, как могу ее улучшить. Планов — куча.

В сентябре у нас открывается теннисная академия в «Крокус Экспо». Уже есть 4 корта, еще 8 строятся. Это только начало. Я взял ребят, с которыми раньше играл. Поставил задачу, что нужно через 5 лет кого-то уже вырастить. Пытаемся собрать талантливых, соображающих тренеров, потому что детям кроме тенниса надо много чего еще давать. Эта игра — не только удар справа, удар слева, это — путевка в жизнь, которой нужно правильно воспользоваться. Рядом всегда есть куча негодяев, которые помогут быстро потратить все деньги, и важно, чтобы у ребенка был человек, который сам через это проходил.

Марат сафин: жизнь после спорта

Формат Академии Боллетьери очень правильный. Меня не взяли? От ошибок никто не застрахован, но то, как там построен процесс, то, какие там тренеры, — это очень высокий уровень. Были бы там плохие условия — туда не ездило бы столько звезд.

У нас же в России как раз таких мест нет, вот и приходится детям ехать за границу, а кто это может себе позволить? Многие дети из регионов не могут даже до Москвы добраться. Нужен отбор по всей стране, инфраструктура — все это я хочу развивать. Пытаемся создать условия, чтобы люди могли тренироваться у себя в регионах. В Испании никому не нужно никуда уезжать из семьи. Не нужно отправлять ребенка непонятно куда. Там все есть.

Я хочу детишек прямо с младших возрастов брать, чтобы у них вырабатывались правильное понимание, ценности. А то когда к нам приезжает 10-летний «гений» на «бэхе семерке» в «Патек Филип» и орет на водителя, что тот ему дверь не открыл, — это сразу до свидания.

Нужны правильные условия и тренерам. Я понимаю, что, когда есть потолок зарплат, человеку это уже не так интересно, поэтому создаю формат, когда у тренеров остается время и на себя поработать, и пользу детям приносить. В России очень слабая база, но все же она есть. Теннис в стране любят, но надо очень много еще работать. Я готов, я этого хочу, мне это сейчас интересно. В планах и большой турнир в России — а то у нас на всю страну 2 турнира, а в Америке их штук 15.

Все это сложно, но сейчас у меня есть на это время. Стараемся и спортсменам-инвалидам помогать, у нас есть фонд, который существует уже с 2004 года. В общем, мое ощущение сейчас — карьера не закончилась год назад, наоборот — все сейчас только начинается».

«Есть ли жизнь после спорта?» — не праздный вопрос. Многие чемпионы прошлого «на гражданке» сдулись, спились, растворились. Но, к счастью, есть множество и обратных примеров.

СОКРАТЕС

Звезда бразильского футбола 70-80-х полностью оправдал свое имя и, даже играя за сборную страны, говорил, что футбол для него — лишь хобби. В контракте Сократеса был отдельный пункт, запрещавший тренерам вмешиваться в его учебу в медицинском университете. Когда пришла пора вешать бутсы на гвоздь, в багаже Сократеса уже был диплом врача и доктора философских наук, а на банковском счету — достаточно денег для открытия бизнеса.

АНДРЕ АГАССИ

Первое, о чем думаешь после долгой карьеры в спорте, — отдых. Неудивительно, что Андре Агасси решил заняться именно туристическим бизнесом. Вместе с женой (знаменитой теннисисткой Штеффи Графф) они основали компанию Agassi Graf Development LLC, специализация которой — обеспечение дорогого отдыха.

ДЭЙМОН ХИЛЛ

Бывший чемпион «Формулы-1» 42 раза поднимался на подиум, но в 1999 году решил, что в 40 лет надо найти занятие поспокойнее. Ему пришла в голову отличная идея — собрать гараж из самых дорогих и интересных суперкаров мира и предоставлять за солидные членские взносы доступ к этой сокровищнице автомобилей, которая получила название P1 International.

НИКИ ЛАУДА

13 сезонов Лауда летал пор трассам «Формулы-1», но в мечтах его были полеты на другой высоте. Будучи с детства фанатом самолетов, Лауда еще в 1979 году — за 6 лет до окончательного ухода из спорта — основал свою авиакомпанию Lauda Air.

ВАЛЕРИЙ КАРПИН

Наигравшись в футбол, бывший полузащитник «Спартака», «Сельты», «Валенсии» и «Реал Сосьедад» вложился в другие виды спорта. В 2007-м дебютирует велошоссейная команда «Карпин-Галисия» и волейбольный клуб «Виго Валерий Карпин». Кроме того, у футболиста строительный бизнес в Испании.